В переводе с кельтского имя Конел означало «высокий и могучий». Конел начал понимать, что мама подобрала ему очень подходящее имя, хотя росту в нем было всего метр семьдесят. Кроме того, в наследстве миссис Рей оказалось нечто, обеспечившее Конелу, когда он об этом узнал, его четвертую в жизни страсть.

Итак, в день своего восемнадцатилетия, или в День 294-й ПМВ, Конел на утренних санях добрался до космопорта, а там сел на борт корабля, взявшего курс на Гею.

Если не считать поездки в Виннипег, Конел никогда в жизни не покидал Канады. Нынешнее путешествие было куда длинней: Гея находилась почти в миллиарде миль от Артиллери-Лейк. Плата за проезд была высока, но Джордж Рей, отец Конела, больше не осмеливался противоречить желаниям сына. Уже три года парень ни черта не делал — только жрал, играл в хоккей да выжимал гири. Славно было бы отправить его куда подальше. Дистанция в миллиард миль представлялась подходящей.

Сатурн произвел на Конела ошеломляющее впечатление. Кольца выглядели такими твердыми, что по ним хоть на коньках катайся. Понаблюдав за тем, как корабль стыкуется с огромной черной массой Геи, Конел принялся листать свой самый старый комикс — «Золотые клинки». Там рассказывалось, как один мальчуган получил в подарок от злого колдуна пару волшебных коньков и как он учился ими пользоваться. В самом конце парнишка — которого тоже звали Конелом — подчинил себе коньки и могучим ударом ноги отхватил колдуну голову. Конел щупал звуколинии, бордюром обходящие последнюю панель, и в тысячу первый раз услышал смачное «тумк», когда конек раскраивал волшебнику череп, а потом разглядывал кровавую рану и мерзкие мозги, поблескивающие на странице.

Конел сомневался, что ему удастся убить Фею своими коньками, хотя на всякий случай он их захватил. Мысленно он уже вытряхивал из нее жизнь голыми руками. Впрочем, пребывая в более практичном расположении духа, Конел решил прихватить и пистолет.